• Тел.: 8 (351) 263-42-51
  • Е-mail: gkarhiv@gov74.ru
Главная »  Они создавали Челябинскую область. «Звёздный час» Исаака Зальцмана »  Они создавали Челябинскую область. «Звёздный час» Исаака Зальцмана

Он стремительно ворвался в жизнь провинциального Челябинска в тяжелом военном 1941 году. На четвертые сутки войны — 25 июня — вместе с группой руководящих работников Наркомата среднего машиностроения, исполнявших личное поручение И.В. Сталина, он вылетел в Челябинск для организации танкостроения на Урале. Исаак Моисеевич Зальцман, директор Кировского завода, ознакомившись с состоянием дел, решил не торопиться с эвакуацией и до предела использовать действующее танковое производство в Ленинграде.

В начале октября 1941 года Челябинск стал его основным местом работы. В этот раз он приехал в город, имея за плечами опыт руководства заводом в тяжелейших условиях прифронтовой полосы, отмеченный высоким званием Героя Социалистического Труда. Дочь Зальцмана, Татьяна, рассказывая о впечатлениях отца от встречи с заводом, пишет, что огромные корпуса, конвейеры, специализированные станки произвели на него очень сильное впечатление: «Перед нами был промышленный колосс, но это был тракторный колосс». Его предстояло перестроить на выпуск военной продукции. Ветераны завода вспоминают, что новый директор с первых минут оценил обстановку, увидел недостатки в работе и своим жестким заявлением о том, что такой работой польза приносится только врагу, многим помог осознать всю серьёзность положения и почувствовать ответственность за судьбу страны.

«Король танков»
Задачу организации массового производства танков Исаак Зальцман решил в короткие сроки, в манере, свойственной тяжёлому военному времени: «Товарищ Сталин дал мне приказ раскрутить производство танков, и я гусеницами раздавлю каждого, кто попытается мне мешать». Что помогло ему решить важнейшую государственную задачу помимо убежденности в том, что решить её необходимо? Во-первых, он использовал предоставленные ему особые права: «В 1941-м на Урале мне дано было право останавливать любой эшелон с эвакуированных предприятий и брать все, что нужно для Танкограда — оборудование, материалы, людей, и только потом докладывать Политбюро», — вспоминал он после войны. Во-вторых, путем проведения ряда мероприятий он укрепил трудовую дисциплину всех подразделений предприятия. В-третьих, он прослыл мастером принятия нестандартных решений периодически возникавших проблем. Так, например, случилось при отправке танков в Москву, когда стартёры устанавливались рабочими завода прямо по ходу следования эшелона. В-четвертых, Зальцману удалось создать особую систему инженерного труда: «Было не только крайнее напряжение физических сил — было творчество, умение решать самостоятельно и брать на себя ответственность, была смелость мысли, был манёвр. На танковых заводах выше всего ценили конструктора, его поднимали, поощряли. Инженеров Танкограда не отвлекали от их прямого дела», — вспоминал он позже. И, наконец, в-пятых, он умел быстро, порой молниеносно, вникать в проблемы и тяготы работников своего завода. Ему писали письма, его ожидали в цехах, в приемной со своими бедами: нечего обуть, негде жить, не на что похоронить, кормят в столовой безобразно, в общежитиях грязь, в распутицу к заводу не подойти — нет дорог... Казалось бы, он мог пройти мимо, заняться решением исключительно технических, организационных задач, но он находил те драгоценные для людей минутки, не отмахивался от их житейских бед и проблем — тому сохранилась масса свидетельств танкоградцев.
В итоге «к концу октября производство тяжелого танка КВ стало серийным, в начале 1942 года массовым», — отмечал Исаак Зальцман в своих воспоминаниях. После налаживания производства тяжелого танка последовал массовый выпуск легендарных «Т-34» в 1942 году, о чём сам он говорил: история не знает подобных примеров, чтобы в течение одного месяца производство перестроили на новую машину. Но Родина нуждалась в этом, и коллектив выполнил задание Государственного комитета обороны за 33 дня. Затем новым прорывом инженерно-конструкторской мысли стали разработка и выпуск танка «ИС» в 1943—1944 годах. А если к этому добавить тот факт, что Челябинский Кировский завод выпускал самоходные артиллерийские установки, снабжал другие заводы моторами, начинаешь понимать, что же такое представлял собою легендарный Танкоград под руководством Исаака Моисеевича Зальцмана — «короля танков».

И.М. Зальцман — челябинцам
Исаак Моисеевич на посту директора завода технических, производственных задач занимался, как тогда говорили, сферой соцкультбыта. Проблем было много. Но все они решались по мере возможностей. Так, например, в процессе реализации жилищной программы, разработанной дирекцией завода в 1944 году, был построен Кировский городок, благодаря чему были сохранены ценные кадры из тех людей, что прибыли в Челябинск в статусе эвакуированного населения. Благоустройство городских улиц директор также держал под своим контролем — именно он распорядился использовать бракованные чугунные плиты для устройства пешеходных тротуаров на втором, третьем и пятом участках Тракторозаводского района, а улицу Спартака заасфальтировать на всём её протяжении. Чтобы дать заработать литейщикам, приказал отливать узорчатые чугунные решётки, которые устанавливали вдоль основной магистрали, ведущей на завод.
И первый городской троллейбус, отправленный в 1942 году по маршруту «ЧТЗ — ул. Клары Цеткин», и шефство Челябинского Кировского завода над трамвайным депо — инициатива И. М. Зальцмана. Как и «Зальцмановский парк», носящий сегодня имя Валентины Терешкквой, кинотеатр «Кировец», открывшийся в 1946 году. Вдохновителем реконструкции Теагра ЧТЗ (проект архитектора М.А. Леженя), превратившей здание в истинный храм искусства, также стал директор завода. Исаак Зальцман очень любил творческих людей, делал все, чтобы дать таланту пробиться. Поэтому на базе театра был создан драматический кружок, который впоследствии вырос в театральную студию. Зальцман даже возглавил художественный совет Дворца культуры — приходил на занятия кружков, принимал участие в обсуждении репертуара. Художник А.П. Сабуров сделал запись в своих мемуарах о заказе директора ЧКЗ, который лично приезжал в мастерскую, чтобы сделать заказ на четыре картины для Дворца культуры — выбрал пейзажи в различные времена года. Исаак Моисеевич также помогал строить художественную и музыкальную школы. Была открыта заводская библиотека, ставшая гордостью города. При его поддержке родился популярный ансамбль танца «Самоцветы» ДК ЧТЗ.
Всем челябинцам (да и не только) хорошо известна хоккейная команда «Трактор». Но большинство и не подозревают, что инициатором ее создания был сам И. М. Зальцман. Собрали команду в 1947 году, её первое название — «Дзержинец». С её созданием появился также и стадион, оснащённый конькобежными дорожками и хоккейными площадками.
Для повышения уровня жизни заводчан Зальцман первым предложил создать коллективные сады — садовые участки на Первом озере. При его участии осуществлялась также постройка дачных поселков, пансионатов в районе Шершней, на озере Смолино. Туда отправляли рабочих на отдых от 3 до 10 дней. Именно в одном из этих пансионатов, на отдыхе, конструктору Балжи пришла идея о создании нового типа танка под названием «Победа». В 1946 году руководством завода было организовано собственное рыболовецкое хозяйство на Азовском море — с катерами, лодками, собственными цехами по переработке рыбы.
И вот уже более полувека стоит на прежнем месте Кировский городок, сохранился детский парк и даже знаменитые решётки вокруг него. Работают театр, библиотека. Спешат, унося пассажиров, троллейбусы. На своих участках от весны до осени топчутся садоводы. Хоккейный клуб «Трактор» то радует, то огорчает своих болельщиков... Человека давно нет с нами, а дела его живы.

И это всё о нём
«Человек-легенда», «человек-загадка», «человек странной судьбы», «деспот», «благодетель», «бархатный орешек с металлом внутри» — такие разные мнения, и всё об одном человеке. Какими словами вспоминали и вспоминают его люди, которым довелось с ним общаться? Н.С. Патоличев, первый секретарь челябинского обкома ВКП(б), считал И.М. Зальцмана великолепным организатором, иногда чрезмерно жёстким, но справедливым, не перекладывающим проблемы на плечи своих подчинённых. И после окончания войны, и в годы опалы И. М. Зальцмана поддерживал с ним отношения. Выдающийся советский учёный, академик Б.Е. Патон вспоминал о своей встрече с И.М. Зальцманом: «Он, как смерч, налетел на установку для автоматической сварки брони. Окинув беглым взглядом швы и бросив острое, не всегда литературное, но меткое замечание, исчезал так же быстро, как появлялся... За короткое время он успевал заметить всё. И на очередной оперативке со знанием дела разносил нерадивых».
«Зальцман, будучи асом-управленцем, всегда был вне политики. Как говорится, не та фигура. Кожаное наркомовское пальто, генеральские папаха и шинель — все это было в его гардеробе, так сказать, по рангу. Но обычной его одеждой была танкистская куртка и бесформенная шапка-ушанка. В таком виде носился он по железнодорожным станциям и аэродромам Урала, где, ругаясь матом, а то и размахивая пистолетом, разворачивал эвакуированное в Сибирь оборудование военных предприятий», — таким его описывает Л. Бродихин. Свои пояснения о пистолете приводит дочь «короля танков»: «Рабочая смена длилась по одиннадцать часов, люди трудились без выходных и отпусков. Сам Зальцман даже ночью находился на заводе. Не справившихся с заданием начальников цехов увольняли и ставили работать у станка. Во время обсуждений важных вопросов директор завода кладёт на стол пистолет, грозя провинившимся расстрелом. Впрочем, все знают, что пистолет этот ни разу не выстрелил». В 1988 году на страницах заводской многотиражки Е. Мамонтов, бывший секретарь парткома завода, рассказывая о Зальцмане, писал: «Характер у него был вспыльчивым, но ругался он по делу. И если ругань не относилась лично к тебе, можно было заслушаться, как классически он это делал».
Писательница Мариэтта Шагинян, в ходе подготовки материала для своих статей и книг летом 1942 года встретилась с Исааком Моисеевичем и после в своём дневнике оставила несколько его характеристик: «Зальцман сразу и совершенно очаровал меня. Это человечек Стивенсона, легендарное существо. Маленького роста, изящный, с маленьким собранным черноглазым лицом, умным лбом, в морщинах, в военном френче и знаках отличия (Герой Социалистического Труда), он сидел глубоко и очень уютно (по-кошачьи) в кресле, говорит негромко, без всякого напора, наоборот — как-то уступчиво. У этого человека всё держится на нервах, он страшно женствен, мне кажется, что выпавшую на его долю тяжёлую историческую задачу он решает огромным напряжением нервной системы, а вовсе не «органически», не «свойственно себе». Хотя, возможно, это ещё внешнее впечатление, и Зальцман — бархатный орешек с металлом внутри». Послушав его выступление, писательница отметила, что он «чуть-чуть похож на Кутузова, но методы у него — суворовские. Как он выступает: говорит очень медленно, громко, смачно, с резкими жестами (откидываясь назад, вперёд) по классическому римскому обычаю. Начинает сразу, но издалека и подводит к концу всё подъёмней и подъёмней. Аудитория, когда он начал говорить, была утомлена, и спать хотелось. Но он постепенно забрал, очень подействовал, поднял настроение, держал крепко до последнего слова. Он — умница. Видно, что он правильно чувствует кадры».
Один из его подчинённых, Я. Гольдштейн, в своих воспоминаниях часто вспоминает И.М. Зальцмана, иногда критикуя его, иногда восхищаясь им: «Вокруг него собирались толпы рабочих, он становился центром общего внимания. Его рассказам внимали с открытым ртом, его засыпали вопросами. Какая тут к черту демонстрация! Демонстрация клубилась вокруг Зальцмана. Герой Танкограда! Былинный богатырь, да и только». Подчеркивал Я. Гольдштейн и высокую работоспособность И.М. Зальцмана, который мог ограничивать свой сон четырьмя часами в сутки, и умение выслушивать чужое мнение, и постоянную заботу и изобретательность в улучшении условий работников завода. Так, работница завода Р.Я. Старовойтова вспоминает о снабжении продуктами питания в 1943 году: «Кировский завод снабжался несравненно лучше, обильней и по количеству, и по качеству. Кроме того, Зальцман направлял в села танки с прицепом и закупали для СКБ — картошку, бобы, фасоль. Все это продавалось работникам завода, большое подспорье».
Вместе с тем, в ходе рассмотрения персонального дела Исаака Зальцмана в 1949 году... среди главных «обвинений» значились: хамское, грубое обращение с работниками завода, порочный метод руководства путём запугивания работников, окружение себя подхалимами, не внушающими доверия людьми», а также «зажим критики и самокритики на заводе», — записал в тот год в личном дневнике референт Зальцмана — Владимир Тарасов. О грубости и порой даже жестокости директора завода свидетельствуют, прежде всего, те люди, которые попали под «горячую руку» Зальцмана. Хотя большинство из них признавало справедливость претензий, выдвигаемых директором, не признавало лишь форму, в которой претензии предъявлялись.
У Исаака Зальцмана была блестящая карьера, стремительное продвижение вверх. Но закончилась Великая Отечественная война, завод в 1946 году получил задание перестроиться на выпуск мирной продукции — тракторов. Еще полностью не оправившись от последствий войны, не восстановив экономику, предприятие получило такой тяжелейший план, с которым не справлялось. На директора тут же обрушилась критика. Ему приписали дружбу с Кузнецовым и Капустиным, которых признали английскими шпионами, поддержку еврейского антифашистского театра, грубое, неприемлемое обращение с подчинёнными. Дело дошло до исключения Зальцмана из партии. «Я знала Исаака Моисеевича боевым и волевым человеком, — вспоминала ветеран Танкограда, а в 1949 году инструктор райкома партии А.И. Киселева. — Но когда Зальцман вышел с заседания бюро райкома, где было принято решение об исключении его из партии, он выглядел подавленным».
Глазами простых тружеников завода «чёрные дни» в биографии Исаака Зальцмана виделись так: «...судилище над королём танков, как прозвали лидера Танкограда иностранцы, происходило в театре ЧТЗ. Через репродукторы его транслировали на улицу, где стояла толпа любопытных. Реакция была разная. Кто-то злорадствовал, кто-то тяжело вздыхал. Многие женщины украдкой вытирали слезы. Заводчане шептались, что во всём виноват юрист, который целенаправленно собирал компромат на директора, потому что приревновал к нему свою жену».
Как бы то ни было, Исаак Моисеевич был вынужден оставить свой пост и уехать из Челябинска. Легендарный бригадир военной поры Василий Гусев высказывал мнение о И.М. Зальцмане: «Являясь одновременно наркомом танковой промышленности, он сосредоточил в своих руках большую власть и в личном плане мог бы иметь многое. Но после войны из Челябинска уезжал с одним чемоданом...»

Память об Исааке Зальцмане
Долгие годы после опалы имя Исаака Моисеевича замалчивалось, в книгах, рассказывающих о героическом труде танкоградцев в годы войны, фамилия Зальцмана заменялась безликим словом «директор». Так сложилось в судьбе И.М. Зальцмана, что, покинув Челябинск в 1949 году, он покинул его навсегда.
Где сегодня звучит имя легендарного директора в нашем городе?
В 1995 году на здании заводоуправления ЧТЗ была торжественно открыта мемориальная доска с его именем. В 2007 году на окраине города, в Чурилово, появилась улица, носящая его имя, а вот на доме, в котором он жил, нет даже памятной доски, в отличие от его подчинённых — конструкторов Духова и Котина. Некоторые документы и материалы содержатся в музеях города: в музее ЧТЗ хранятся шинель, папаха, орденская книжка, удостоверения, переданные детьми Исаака Моисеевича; в музее «Наследие» школы №59 хранятся документы и фотографии, собранные участниками литературного объединения ЧТЗ под руководством Е. Г. Ховива. В областном архиве бережно хранят генеральские погоны, часы, записную книжку и удостоверение начальника участка, переданные детьми Исаака Моисеевича, а также множество документов. Яркие впечатления от встреч с ним хранятся в воспоминаниях тех, кто работал с ним в нашем городе, кто встречался с ним по долгу службы. Даже случайно познакомившиеся с ним люди, такие как хоккеист Г. Цыгуров, попадали под его магическое влияние: «такого человека раз увидишь — никогда не забудешь!».

«Звёздный час» Исаака Зальцмана / М.Салмина, М. Передок  // Они создавали Челябинскую область. – Челябинск: Каменный пояс, 2014. – С. 80 - 85

Обнаружив в тексте ошибку, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам.
Дата публикации: 11 сентября, 2019 [03:49]
Дата изменения: 11 сентября, 2019 [03:49]
Verification: 41465015fa49b25e Яндекс.Метрика